12 записей с меткой

Общество

Снова о свободе слова

Что бы я изменил в России? Пожалуй, всего одно¹: вернул свободу слова в неконтролируемое состояние. Общество само отрегулируется, увидите.

Нельзя преследовать людей за их мысли, сколь бы резкими они ни были. Эта эфемерная категория вины напоминает средневековую казуистику и то, что Дж. Оруэлл называл мыслепреступлением. Нет фактического состава преступления — поэтому статьям а-ля 148 и 282 не место в уголовном кодексе.

Когда человек высказывает свои взгляды, он никого не убивает и не вредит никому вещественно. Если он берёт в руки нож и идёт резать других людей, или берёт пистолет и стреляет в них, или отнимает либо сжигает их имущество, — тогда и только тогда он совершает фактическое преступление против них.

Нельзя сажать человека на бутылку за то, что он сохраняет карикатурные картинки в ВК. Сохраняя картинки, человек выпускает гнев и дальше занимается своими делами. Лишите его этой отдушины, и будет он копить раздражение внутри, пока не взорвётся. Лучше от этого станет? Не лучше. Пока глупость носит погоны и занимается не своим делом, государство этого не поймёт и будет копать себе яму.
__________
¹ Не считая трёх Талиессиновых новшеств.

 Высказаться    2   2018   Общество   Статьи

Быть Иным. О праве самоопределения личности в современном мире

Рождается новая живая единица, наделённая способностью мыслить и воспринимать окружающий мир. По мере взросления она приобретает качества, которые позволяют ей осознавать себя и вступать во взаимодействие с другими подобными единицами — иначе говоря, в общественные отношения.

К таковым качествам относятся воля (побуждение к действию), разум (осмысление происходящего), чувства (оценочное отношение к происходящему) и язык (возможность обмениваться сведениями), но главное — производительная сила (способность к творчеству, изменению старого и созданию нового).

Личности нужно твёрдое основание для существования в обществе, чтобы не чувствовать себя потерянно и несчастно. «Кто есть я?» — первый вопрос, который требует ответа. «Кто есть мы?» — второй вопрос, ибо полноценное общественное существование невозможно без поиска единства, общности.

Поскольку каждая личность наследует и приобретает как сходство с другими, так и отличия от них, неизбежны случаи, когда соотношение схожести и отличий склоняется в сторону последних. Возникает явление Иных — людей внешне, которые внутренне не ощущают себя людьми, будучи при этом личностями, наделёнными разумом и волей.

Для определения своего места в окружающем мире они прибегают к другим образам и наименованиям — таким, которые более прочих удовлетворяют ответу на вопрос «Кто есть я?» — и закономерно иначе отвечают на вопрос «Кто есть мы?» — так, некоторые Иные считают себя преемниками или ныне живущими представителями народа эльфов.

Рассмотрим, насколько подобное явление естественно и допустимо.

Развитое общество современности наделяет личность правом сознательно выбирать принадлежность к определённому народу, вероучению, общественному течению, а также правом выбирать гражданство, основной язык, ремесло и любое другое качество, поддающееся самоопределению.

Выходит ли явление Иных за рамки этого права? В качестве ответа прибегнем к сравнению. Предположим, что человек заявляет о своей принадлежности к русскому народу. Какие качества отличают русский народ от других народов?

Язык? Но на русском языке могут говорить монголы или татары. Православное вероисповедание? Но православными могут быть сербы или болгары, а русский человек волен избрать другое вероучение или вовсе никакого. Может быть, есть обычаи жизни и предметы одежды, присущие исключительно русскому? В современности эти отличия между народами размыты. Так же размыты внешние черты и кровное происхождение.

Остаётся единственное твёрдое основание: если человек считает себя русским и является частью устойчивой общности тех, кто также считает себя русскими — он имеет право называться русским.

Но также верно будет и другое: если возникает личность, которая по внутреннему убеждению определяет себя представителем народа эльфов, и возникает общность из тех, кто также считает себя эльфами — существование эльфийского народа получает не меньшее основание, чем существование русского народа.

Уже одного этого достаточно, чтобы прийти к заключению: право личности принимать и воспроизводить качества, отличные от человеческих, не выходит за рамки общего права личности на самоопределение в современном мире, то есть не является противоестественным.

Однако является ли оно допустимым? Нет ли в самоопределении Иного признаков душевного нездоровья? В общем случае душевным заболеванием признаётся состояние, в котором нарушено умение личности взаимодействовать с обществом и справляться с личными задачами.

Таким образом, если мировосприятие Иного служит не препятствием, а твёрдым основанием для его существования в обществе и взаимодействия с подобными себе, оно не может быть отнесено к заболеваниям, однако зависит от степени взаимной терпимости в обществе: насколько каждый готов допустить, что у другого могут быть равноценные с ним права личности.

Поскольку у Иного есть право сообразно внутреннему убеждению ответить на вопрос «Кто есть я?» — постольку же у него есть право — отвечая на вопрос «Кто есть мы?» — объединяться с подобными себе для более успешного существования и обмена опытом, а также совместной деятельности.

Право Иного быть Иным должно быть признано во взаимном уважении с правом человека быть человеком.

 Высказаться    3   2018   Общество   Статьи

Пропала собака

«Пропала собака!» — гласит очередное встреченное мною объявление.

Пора сказать определённо: собака — по закону Тюменской области — не может пропасть.

Смотрите: «При нахождении собак в местах общего пользования (дворах, улицах, общественном транспорте и др.) они должны быть на коротком поводке и в наморднике, а маленькие собаки, кошки — в закрытых контейнерах или на руках владельца».

Далее: «Выгул домашних животных, в том числе собак, разрешается на специальных площадках и других территориях, определяемых органами местного самоуправления в соответствии с действующими в муниципальном образовании правилами благоустройства территории. На отведённых площадках устанавливаются знаки о разрешении выгула собак. <...> Запрещается оставление домашних животных без присмотра и выгуливание их владельцами в нетрезвом состоянии».

И в довесок: «Запрещается постоянное содержание домашних животных на балконах и лоджиях, а также в местах общего пользования: на лестничных клетках, чердаках, в подвалах и других подсобных помещениях».

Источник цитат: закон Тюменской области от 07 апреля 2003 года № 130 «О содержании и защите домашних животных и мерах по обеспечению безопасности населения в Тюменской области» с изменениями на 08 декабря 2015 года.

То есть «потерять» собаку может только безответственный хозяин, который нарушил требования закона: выгуливал её без поводка, содержал в неподходящем месте или упустил из виду.

И не сердобольные граждане ему должны помогать, а город — выписать счёт за поимку и временное содержание его собаки, а заодно пошлину за её возврат и штраф за ненадлежащее содержание.

Тогда, лишившись пары месячных зарплат, хозяин, вероятно, задумается, надобно ли ему держать собаку, если он такой болван.

 Высказаться    1   2017   Нравы   Общество   Статьи

Самые унылые выборы

Парламентские выборы в нашей стране напоминают посещение захудалой столовой, где нужно собрать себе комплексный обед из давленой мясной котлеты с запахом рыбы и подливой цвета нечистот и прошлогоднего салата под майонезным саркофагом.

Тошнотворный вкус такого выбора помогают смыть лишь обстановка праздника — отголосок советских времён — да ежевыборная лотерея с розыгрышем всевозможных подарков. Но только полбеды, что выдвиженцы — как на подбор — один хуже другого. Другие полбеды — в основательной бессмысленности сего действа.

Десять лет я говорю, что две палаты Федерального собрания — излишество. Достаточно одного Совета федерации, чтобы принимать беспутные законы и потом не следовать им, а принимать новые. Право, взамен свистопляски вокруг сомнительных или невразумительных личностей с предсказуемым итогом лучше потратить средства на нечто полезное.

Пресса говорит о небывало низкой явке, что неудивительно: настолько унылых выборов я не припомню. Поневоле с теплотой вспоминаются десятки разноликих фракций в Государственной думе первых созывов, за которыми хотя бы любопытно было наблюдать.

На выходе с избирательного участка я заметил скучающих девиц с планшетами для бумаг.
— Здравствуйте, вы типа экзитпол?
— Что?
— Экзитпол. Выходной опрос.
— А, да...
— Ну, тогда спрашивайте, я всё расскажу!
— За кого вы проголосовали?

А за кого я мог проголосовать? Наскоро расставил кресты за свиту царя, потому что боже-царя-храни, вот почему. Остальные ещё хуже.

 Высказаться    1   2016   Общество   Статьи

Мартин Иден

По-моему, это ужасно. Нет, не произведение ― оно, напротив, хорошо и выразительно. Ужасны обстоятельства. Общество, которое следует обыкновениям и невосприимчиво к тому, что выходит за рамки обыкновений. Одухотворённый в прошлом писатель не вырвался из этого круга. На беду сошлись те признаки, которые сделали его глянцевый образ частью обыкновения: человеком с деньгами, о котором говорят.

Начинаю больше сочувствовать Метерлинку с его мистицизмом. Мартин во всём прав, нападая на мистицизм, что подменяет красоту мира грёзами о волшебстве. Но переплёт, в который угодил он сам, наводит на мысль, что лучше жить тем, чего вовсе нет, нежели тем, что вывернуто обывателем наизнанку.

Под конец Мартин Иден пришёл к тому ощущению жизни, которое владеет мною сейчас. То есть я могу себя увлечь или развлечь какой-то мыслью или затеей, но в глубине души мне нечего хотеть. Если что-то и получается, вскоре становится безразлично.

Это первое произведение за долгое время, которое задело меня за живое. Даже к Бодрийяру я отнёсся легкомысленно: то, о чём он сложно пишет на многих страницах, я высказываю в спорах парой замечаний. А тут... Джек Лондон не просто хорош, он безжалостен. В этой беспощадности я слышу клик отчаяния. А люди за сотню лет ничуть не переменились.

О самоопределении

Человек от природы ищет общества себе подобных, а подобие строится на признаках и взглядах, которые он примеряет на себя и разделяет со своим кругом — так происходит его самоопределение. Когда круг своих узок, говорят о «тусовках», общинах или субкультурах; когда обширен — о культурах, народах и цивилизациях. Подобные определения настолько же связывают отдельных людей, насколько разобщают человечество; настолько же имеют под собой почву, насколько умозрительны.

Каков ныне объединяющий признак русского народа? Общий язык? Но по-русски во множестве говорят и казахи, и таджики, и монголы. Вера? Но её, как определяющий признак, похоронили десятилетия светской власти. Некие нравственные ценности? Но в среде русскоговорящих перемешаны различные, подчас взаимоисключающие ценностные установки. Общее наследие? Но представления о таком наследии разнятся не меньше: одни грезят о временах доправославной Руси, другие о царском правлении, третьи о советском строе, четвёртые о чём-то небывалом. Память о Великой Отечественной войне? Но война завершилась поколения назад, а народ — существо подвижное, его должно связывать нечто длительное. Чистая кровь, как утверждают иные? Но любой человек в некоторой степени наследует смешанную кровь, и культурной предрасположенности она не несёт. У обозначения «русские» попросту не осталось действительного содержания, но его заново изобретают те, кто по разным причинам ищет самоопределения в качестве русского.

Такого рода самоопределение превращается в набор условностей, игру мысли, которую ограничивает только среда, где человек воспитывается и воспринимает нравы окружения. Выйдя за рамки предписанных условностей, человек волен помыслить себя кем угодно, даже представителем народа, описанного лишь в художественных произведениях, и будет иметь на это не меньше оснований, чем тот, кто твердит о славянском родстве или далеко за океаном надевает головной убор из перьев.

Не только русские, но и венгры, шотландцы, индейцы, американцы, любые другие приверженцы народного самосознания пестуют художественное, глянцевое представление о себе с особенными одеяниями, обыкновениями и знаками, наполняя обновлённым содержанием нечто безвозвратно утраченное по мере взросления человечества. Это сродни попытке юноши прокатиться на деревянной лошадке, из которой он вырос: если сдуть пыль и подновить краску, она всё равно не придётся впору.

 Высказаться    1   2015   Были-небыли   Нравы   Общество   Статьи

О семьѣ и вмѣшательствѣ въ неё

Странная вещь—родительскія обязанности. Полагается, что лечить насъ должны умѣлые врачи; учить—умѣлые учители; вести наши дѣла—умѣлые приказчики; и только родители могутъ быть кѣмъ угодно. Они не подлежатъ учениію, ихъ навыки не принято оцѣнивать, хотя задача, возложенная на нихъ, необычайно важна: они приводятъ въ міръ новаго человѣка, сопровождаютъ его на пути становленія личности. Поскольку кто угодно—зачастую дремучіе невѣжды, постольку плоды даннаго ими воспитанія сообразны умѣніямъ: качество человѣческой поросли оставляетъ желать много лучшаго.

До сихъ поръ семья остаётся заповѣдною стороною, до коей государство почти не достигаетъ, отчего въ ней процвѣтаютъ всяческія отклоненія и злоупотребленія. Соседи не донесутъ своевременно по вѣдомству опеки, и въ дурныхъ условіяхъ вырастаетъ очередной душевно надломленный, а то и тѣлесно изувѣченный страдалецъ. Неумѣлые воспитатели передаютъ воспитанникамъ наихудшіе, косные обычаи поведенія и образы міровоспріятія. Такія семьи, подобно сотамъ, составляютъ самое человѣческое общежитіе—такъ пагубныя обыкновенія семейнаго омута распространяются на весь общественный укладъ.

Государство не обязываетъ будущихъ родителей посещать занятія, гдѣ ихъ учили-бы родительскому ремеслу: что слѣдуетъ дѣлать, чего не слѣдуеть, когда лучше повліять на дитя, а когда предоставить самому себѣ; не обязываетъ родителей отчитываться въ компетентное вѣдомство о ходѣ воспитанія; не пересматриваетъ непремѣнно условія, въ которыхъ ребёнку предстоитъ обитать. Если во второмъ десятилѣтіи двадцать перваго вѣка изъ удобствъ наблюдается лишь дыра въ преисподнюю во дворѣ—кого-же могутъ воспитать люди, неспособные устроить бытъ согласно съ эпохою и элементарно обзавестись біотуалетомъ? Скорѣе всего они воспроизведутъ подобіе себя, то есть людей безпросвѣтно неразвитыхъ.

Такъ надобно-ли широкое вмѣшательство государства въ семью къ вящшему попеченію о правахъ несовершеннолѣтнихъ? Несомнѣнно, надобно. При должномъ раченіи семья утратитъ пережитки пещернаго прошлаго, но обрѣтётъ болѣе благочинный видъ, а слѣдомъ оздоровится и общество. Ювенальной юстиціи—быть!

 Высказаться    3   2015   Нравы   Общество   Статьи

О гордости национальной и сословной

Когда гордиться больше нечем, гордятся национальной принадлежностью. Какова твоя заслуга в том, что ты родился в России? Ты как-то способствовал этому на этапе зачатия и беременности? Нет, это случайность. Мышление в немалой степени определяется языком. Где твоя заслуга в том, что в первые годы жизни тебя научили русскому языку? Никакой, это случайность. Справедливо для какой угодно нации, не только для русских.

Похоже обстоит дело с социальной принадлежностью. Дворянскими фамилиями, например. Дальний отпрыск имеет привилегированное положение потому, что сотни лет назад его предок сделал что-то выдающееся или оказался в нужное время в нужном месте. Так то предок сделал, ты-то тут при чём? Докажи делом, что ты не хуже предка, и гордись этим. А пока ничего не сделал — это такая же случайность.

Гордиться впору тем, чего ты сам достиг, а не тем, что свалилось на тебя помимо твоей воли.

(снимок с «Ютуба»)
 Высказаться    3   2015   Картинки   Нравы   Общество   Статьи

Не быть ни вечевому колоколу, ни посаднику

Разговорились с родственником о первых русских городах на сибирской земле: какой стал первым, какие основали потом. Припомнили Берёзов и Мангазею. Тут беседа свернула в сторону Господина Великого Новгорода, его владений и общественных порядков.

И подумалось мне, что торговый, обращённый к просвещённому миру Новгород с его вольностями выглядит гораздо привлекательнее, нежели Москва с главным попом, косностью, замкнутостью, самодержавным произволом и самоупованием, перенятым у мёртвой державы ромеев.

Грубость и жестокость взяла верх над просвещённостью и вольностью, как нередко бывает — и пришлось Петру Алексеевичу спустя битых три сотни лет в свойственной московскому государству грубой силе рубить окно в Европу, вводить передовые обычаи, — словом, поверхностно и произвольно навёрстывать то, что прежде было искоренено и утоплено в крови.

И до сих пор Москва остаётся носителем всего косного и дремучего — вон, уже бронетехнику святят и с иконами в космос летают. Видать, по-другому разучились управляться. Шейн ви гольд, как говорят агенты мирового сионизма.

 Высказаться    1   2014   Нравы   Общество   Статьи

Византийщина

Родовые черты российской государственности, которые она сохраняет доныне, оформились, как мне теперь представляется, примерно в то же самое время, когда российские правители стали подражать Римской империи Востока и претендовать на преемственность с нею. Говоря о Римской империи Востока, я имею в виду государство, наследовавшее античному Риму и погибшее в 1453 году под натиском османских турок. В нашей историографии его принято называть Византией. Хотя название это искусственное, оно сгодится для обозначения тех родовых черт, о которых я повёл речь.

Первая из них — образ царя. Как его ни назови — царём, императором, генеральным секретарём, президентом — сама история велит ему обладать широкими полномочиями и вершить судьбы страны, иной раз переступая через закон, если он становится помехой. Почему образ? Потому, что царя в значительной степени делает его окружение. Классическими признаками русского царя обладали Иван IV Рюрикович и Пётр I Романов, Иосиф Сталин и Борис Ельцин. Несмотря на то, что результаты их деяний были различны.

Другая такая черта, соседствующая с первой — наличие некой страты, ставящей себя над страной, над государством, над законом. Ярче всего это проявилось в учинённой Иваном IV опричнине, которая всего-то просуществовала без году два десятка лет до его смерти, но оставила неизгладимый след в российском обществе.

Партия большевиков с её карательными органами, придя ко власти на сломе прежнего общественного уклада, целых семьдесят лет играла роль такой своеобразной опричнины, будучи выше советских органов власти и при всяком удобном случае игнорируя советские законы. Недаром Сталин так высоко оценивал историческую фигуру Ивана Грозного и высказывался — а следом за ним и «придворные» советские историки — о позитивной роли опричнины в установлении централизованной российской государственности.

Третья черта, которая делает возможным сохранение двух предыдущих — менталитет, коим современный российский обыватель не слишком отличается от посадских и крестьян времён Ивана Грозного. Будучи по натуре рабом, он склонен подворовывать у хозяев при всяком удобном случае, а перелезши из лаптей в сапоги и сам ставши хозяином, раскрывается в низкопошибности и мстительности по отношению к некогда равным себе. Раболепие перед начальством и самым высоким начальником — начальником всех начальников (см. образ царя) — заложено в него культурой и, быть может, даже генетически.

Вот эти родовые черты в совокупности я называю византийщиной. От своей страны я себя не отделяю, а потому чувствую, что и сам им не чужд. В них, как мне кажется, залог нашей политической стабильности.

Что можем мы предложить миру, кроме освящённой веками византийщины? Язык наполовину полон европейскими словами, культура подражает европейской, в то время как образ жизни остаётся азиатским. Обширные земли используем без особого проку: берём то, что даровано природой, и пускаем на ветер. Присоединили Крым, теперь Аляску хочется. На что тебе Аляска, обыватель? Чтобы привычно напакостить в хозяйских владениях, осквернив девственно чистые снега и льды банками из-под «Колы» да окурками «Мальборо», как на озере Байкал? Пусть византийщина остаётся продуктом для нашего внутреннего потребления.

 Высказаться    2   2014   Нравы   Общество   Статьи
Ранее Ctrl + ↓