Поэт, прозаик, организатор поэтических мероприятий и руководитель литературной лиги «Три запятые».
#talipoet

Позднее Ctrl + ↑

птички

над кроватью летают птички
птички-затычки
летают и радуются
хорошие птички

Собирай имена

Второе имя небрежности — Слишком,
Второе имя закрытости — Сложно,
Второе имя искусства — Не понял,
Второе имя усталости — Честно.

А первое имя небрежности — Скоро,
А первое имя закрытости — Смерть,
А первое имя искусства — Придёт,
А первое имя усталости — Хе́р с ним.

«Хасбро» — собирай имена.

круглосуточно рядом

пища откроется в восемь
пиво откроется в девять
книги откроются в десять
души откроются в небе
только лекарства
не закрываются

значит
в лекарствах
вечность

перекрещусь
на крест

Читаю — пишу. День шестнадцатый

Книжному марафону «Читаю — пишу» осталось три вечера, считая этот. Время ломать правила игры! 16, 17 и 18 декабря я выложу по одному свежему стихотворению. А вечером 18 декабря предложу угадать, какая из трёх книг современных поэтов была прочитана в каждый из этих дней. Взломай мышление Талиессина, что называется.

Королева Нея

Королева Нея не бывает в гневе,
В гнев не знают путь крылатые суда.
Может быть, приснимся королеве Нее,
Может быть, она приснится нам сюда

В яблонево-белом,
Как цвела и пела,
Как берёза, сбросив
Резы и черты.
Айя королеве!
Слава оголтела,
Славы мы не просим.
Детской чистоты

Сны напоминают, кто мы есть на свете,
Что мы песнь во свете смерти вопреки.
Всякой мысли — место в искренной беседе.
Всё, что есть на сердце — в слово облеки!

Швейцарская школа дизайна плакатов

Твои черты чеканно-угловаты
В контрастном свете двух квадратных лун.
Ты словно со швейцарского плаката
Сошла. А мир был плавен и округл,

Но дрогнул, вжался в модульную сетку
И расчертился зернью бечевой.
Ты в этом мире — фюрер-вивисектор…
Как беззасечно-беззастенчив он!

Я дезертирую сегодня летом:
Сверну мой мир и рдянью бересклета
Закроюсь от зрачков CCTV.

Кому-то Мальта, а кому-то мельта,
А мне бы от плакатного похмелья
Немного отойти. Прости, инстинкт!

Читаю — пишу. День пятнадцатый

Вчера читал «Русские сосны» Виталия Кальпиди, повизгивая от восторга. Лихо заворачивает! На четвёртом стихотворении разгадал мыслительную цепь, приведшую к нему. Под конец немного устал от повторяющихся мотивов. Это нужно потреблять умеренно.

Написал «Беспокойство Лийри о брате (в лесу возле замка Кармартена)». Помимо двух действующих лиц аэриннского цикла, в нём есть:
а) подзаголовок, рифмованный с заголовком;
б) саркастический тон;
б) сельдь;
в) игра в имена (Луций Септимий Север + Северус Снейп, Гай Гисборн + Гай Ричи);
г) ...

Словом, прочтённое успешно переосмыслилось. А сегодня в марафоне «Читаю — пишу» сборник стихов Андрея Шевцова «Яблочный спас». Вчера вместе выступили в кузне, сегодня откую стихотворение. Виу!

Беспокойство Лийри о брате

(в лесу возле замка Кармартена)

Не ходил бы ты к людям,
брат Амариессин,
не играл бы на лютне,
не сочинял былин,
не развешивал камни
и не служил драконам.

Всё им расскажет Канье,
вывешенный с балкона.

Ожесточает смертность,
брат Амариессин.
«Слышь-ка, ублюдок Эмрис,
пива нам принеси!» —
не для этого сверху
ты согрешил спуститься.

Местные феи — стервы,
а короли — тупицы.

Лучше возьмём бутыли,
брат Амариессин,
всыплем полынной пыли
и отголосков зим,
закопаем в дубраве
горлышками к северу.

Лучше бы вечно правил
Луций Септимий Северус.

Пусть всё земное — в землю,
брат Амариессин,
канет и станет сельдью
в пальцах сырых лесин.
Слушай сестрино сердце,
сердце беды не ищет.

Станется утереться
Гаю Гисборну-Ричи!

Сейчас будет длиннопсот

Сейчас будет длиннопсот, дочитайте хотя бы до вопроса. 🙃

Пара деньков выдалась хлопотной, поэтому я засыпал, едва окончив стихотворение для марафона. Потом просыпался ночью, перечитывал и выкладывал. Выходные обещают быть спокойнее.

Вчера читал «Непохожую жизнь» Алексея Мальцева. Уютные стихи, но похожи на многие другие. Особенно сельская лирика. Почему она у всех, кто печатается в книжках, устроена одинаково? Неужели никому не хочется переосмыслить её с точки зрения урбанистического XXI века? Посоветуйте кого-нибудь, кто это сделал, а?

В книге Мальцева меня вдохновило стихотворение «Шизофрения». Названием и растительными метафорами. Завертелось то, что довелось слышать и видеть в разных состояниях сознания — во сне ли, наяву ли. И родилась третья часть аэриннского цикла.

Теперь он выглядит так. Основные части:

Аэринн I
Аэринн II: сколько осталось огня
Аэринн III. Начало

Прилегает к ним «Тригрань».

Стихов с отдельными пересечениями больше дюжины, их не перечисляю. Чувствую, цикл постепенно разрастётся до размеров Мабиногиона. С несколькими сюжетными линиями и общим контекстом.

По случаю успешного визионерства хочу вас порадовать, друзья! Особенно знакомых с уральскими поэтическими мемами. Сегодня в марафоне книга Виталия Кальпиди «Русские сосны». Сосны — это виу! Русские — это к солнцу. Уверен, воодушевлюсь на ежевечернее сочинение.

Подробнее о книжном марафоне «Читаю — пишу».

Ранее Ctrl + ↓