Интервью Ане Саниной для портала «Поэмбук»

Друзья! Продолжаю знакомить вас с интересными людьми нашего сайта.

Звезда этого автора вспыхнула на поэмбуковском небосклоне внезапно, громко и ярко, как и положено звезде.

Встречайте: Талиессин Ил-Лиорве!
(я даже не копировала, а сама, по памяти написала сейчас это оригинальное имя)

— Здравствуйте, Тал! Можно таким сокращённым именем к Вам обращаться? Вы так внезапно и уверенно прилетели на планету Поэмбук, устроили культурный переполох, заявив о себе и своих стихах, принципах... Что очень захотелось узнать Вас поближе. Вы не против дать маленькое интервью?

— Здравствуйте! Не против. :)

— Спасибо. Тогда начнём с Вашего необычного имени. Талиессин Ил-Лиорве... Откуда это? И почему именно это имя выбрали?

— У каждого в коре головного мозга есть область, отвечающая за речь. Она подсказывает, как связывать слова и образы. Развитое чувство речи позволяет находить слова и звуки, лучше других подходящие предмету или образу. Языком науки это называется фонестетикой. Прислушавшись к своему чувству речи, я выбрал имя, которым хочу называться сам.

Талиессин — герой четверокнижия «Эльфийская кровь», чей характер мне близок. Имя отсылает к Талиесину, валлийскому певцу и сказителю шестого века. Фамилия Ил-Лиорве мне приснилась. Она означает «из рода Пламени», где лиор — Пламень — родовая стихия. Можно по-разному относиться к снам, но я думаю, они способны говорить голосом памяти. Из каких краёв и времени эта память — другой вопрос.

— Вот, я чувствовала, что без мистики, научных исследований и инопланетного разума здесь не обойдётся.

Итак, ваше имя подсказала наука, генетика и фантазия. А каким именем вас нарекли родители?

— Родители назвали Владимиром. В честь моего деда, которого зовут Ова. Как видите, с именами у нас в семье всегда было весело.

— Зная вас уже немного, как-то язык не поворачивается звать вас Владимиром)

Талиессин! Это звучит гордо!

— Талиессин я официально, а Владимир — это что-то из детства. К слову о фонестетике: опорные гласные этих имён (А, И, И) совпадают.

— Действительно совпадают. Уверена, не случайно. Из мужских имён — Владимир — одно из моих любимых. Владимир — владеющий миром...

Хотели бы владеть миром?

— Я считаю, что миром владеть нельзя. И границ у него нет. В Норвегии или Канаде растут такие же берёзы, как в России. И дожди такие же идут. Но с миром можно подружиться, тогда многое в жизни будто бы само собой складывается как нужно.

— Вообще, любите управлять? Кто Вы по специальности?

— Внутри человеческих популяций можно и до́лжно бороться за лучшее место под солнцем. Так работает один из механизмов эволюции. Это я делаю как писатель, редактор, руководитель литературной лиги, ИТ-специалист, просто гражданин, знающий законы... Да мало ли кто ещё?

Откровенно командовать мной не получалось, пожалуй, ни у кого, это не в моём характере. А управлять мне интереснее, чем быть управляемым.

— А как думаете, двое мужчин, предназначенные владеть/беречь мир, смогут договориться о сохранении мира в мире?..

— Зависит от конкретных исторических условий. Если приспосабливаемость потребует от людей договориться, они договорятся. В противном случае они перечеркнут свой эволюционный путь и станут очередной пробой природы после динозавров.

— «Пробой природы после динозавров»... Интересное словосочетание. Я, кстати, собираю словосочетания из двух «П».

Они ведь не только собой — они рискуют эволюцией государств, народов...

— Проба природы — почти кеннинг. Вся история развития человечества подчинена диалектике. Это единство и борьба противоположностей. Люди социальны и хотят держаться вместе, но внутри социума стремятся занять лучшее положение. То же самое происходит между социумами и цивилизациями — есть конфликты и противоречия, но есть глобальная выгода, которая вынуждает сотрудничать. Без конфликта не было бы развития, а без сотрудничества плоды развития пропали бы в неразберихе.

— Что есть кеннинг?
(для читателей, исключительно, информация, я-то в курсе))

— Кеннинг — метафора у скальдов. В ней два слова, согласуясь по определённым правилам, описывают одно понятие. Например, ясень битвы — кеннинг для воина.

Составные кеннинги собираются из трёх-четырёх слов, и так далее, пока не наступит синтаксический предел.

— Для тридцатилетнего Водолея — вы слишком умны. Это результат прилежного студента какого-нибудь престижного вуза, или всё-таки самообразование?

(Мне стыдно, но с кеннингом, скальдами и ясенем битвы для воина — я ещё больше запуталась.)

— Регулярное образование я оставил после девятого класса, потому что среднее специальное не смогло меня увлечь. Зарабатывать деньги ремонтом компьютеров оказалось интереснее. Тем, что знаю, я обязан примеру деда, который тоже занимался самообразованием, и себе самому. Это непрерывный процесс. Считаю даже так: если стихотворение, которое я пишу, не научило меня чему-то новому или не позволило взглянуть под другим углом на уже известное, — я где-то недожал.

— Вам важно, чтобы вас понимали?

— Понимание — такая же противоречивая штука, как развитие человечества. Я отдаю себе отчёт, что мои увлечения могут быть не интересны окружающим, а где-то нужно мимикрировать для успеха в делах, но в творчестве только мне решать, что уместно, а что нет. Это моё поле экспериментов. Я считаю, что творчество — последняя живая форма магии на Земле. Оно не обязано быть понятным или приятным, но должно содержать заряд. Давать импульс, который сподвигает человека расширить границы восприятия. Когда встречаю положительную реакцию, искренне радуюсь. Мы нашли друг друга. Не меньше радуюсь, когда нахожу подобное в творчестве других.

— Кстати, о магии. Владеете?

— Договариваюсь. Говорить о владении магией так же самонадеянно, как о владении миром. Я считаю это синтезом моего личного восприятия и тех свойств природы, которые пока не описаны естественными науками. Ключевое слово: пока. Москва не сразу строилась, но строится до сих пор.

— В вашем образе (на фото) — кроме явно выраженного греческого профиля, что-то вырисовывается магическое... Кстати, что у вас за гирлянда на голове?

— Это часть гирлянды колечком, которую я подобрал в Перми прошлой весной. Ездил туда на литературный фестиваль «Компрос», сегодня ночью еду снова. А тогда подумал: почему бы не надеть её на голову наподобие венца, ну чем не эльфийский принц XXI века? Прости нас, постмодерн, мы ничего не потеряли.

— Голубых кровей, наверняка, в вас намешано)

Не собираете свою родословную до двенадцатого колена? Были ли в вашем роду цари? А бунтари?

— По линии матери в роду есть русские мещане, ушедшие из Москвы в Сибирь от налоговых недоимок ещё во времена ранней империи, и представители галицкой ветви одного польского шляхетского рода. По линии отца просматриваются валлийские корни. Видимо, быть иным мне написано на роду.

— Есть ли у эльфийского принца — принцесса?

Какой в вашем понимании — идеал женщины?

— Идеал отношений для меня во взаимном доверии. Пока не встретил такую девушку, с которой хотел бы бессрочных отношений. Полагаю, это проблема выборки. Иначе говоря, того окружения, которое присуще моему роду занятий. Вполне в духе поэтической братии вести беспокойную жизнь, далёкую от социальных идеалов.

— А до скольки лет человек из поэтической братии может вести бурную, не обременённую семейными обстоятельствами, жизнь?

— Это та часть жизни, которую я не прогнозирую. И уж тем более не приманиваю никого особой эльфйиской магией. Сами всё предло... Словом, семью и детей хочу, и думаю, что появятся они в ближайшие годы.

— Отлично! Обычное нормальное желание обыкновенно необыкновенного молодого человека.

«Обыкновенное чудо» — смотрели такой фильм?

— «Обыкновенное чудо» ни разу не видел полностью. Чудно́. Зато в детстве часто смотрел комедии Леонида Гайдая, в некоторых могу вспомнить диалоги от и до. Ну, где говорят, конечно. Самогонщики только песенку поют.

— Вообще, какие фильмы ваши любимые? Есть ли картина, которую не надоедает пересматривать?

— Фильм, который я пересматривал больше всего раз в жизни (считая детство), называется «Эти великолепные мужчины на их летательных аппаратах, или Как я долетел от Лондона до Парижа за 25 часов 11 минут». Хорошая дорожная комедия, рекомендую.

Есть фильмы, которые перевернули меня внутренне. Это «Запрещённый приём» Зака Снайдера, «Химера» Митци Пейроне и «Солнцестояние» Ари Астера. Ещё среди любимых — дилогия об Алисе Тима Бёртона, «Пэн: путешествие в Нетландию», «Лабиринт Фавна» и «Мост в Терабитию». И, конечно, первое и последнее советское фэнтези — «Ученик лекаря» Бориса Рыцарева.

— Как вы расслабляетесь? Какую музыку предпочитаете?

— Я расслабляюсь в окружении книг, читая одну из них. Или погружаясь в творчество. Если дело по душе, оно не тяготит.

Музыка меня оживляет. Слушаю разную, от малоизвестной менестрельской (или бард-фолка) до популярной в ВК. Главное, чтобы композиция была гармоничной.

— Знакомы ли с мантрами? Знаете ли молитвы?

Мантры — продукт восточной культуры. Я тяготею к западной, между славянской и кельтской. Наговоры и заклинания иногда сам пишу, их приносит ветер.

Молитвы знаю, поскольку интересуюсь человеческой культурой. «Отче наш» на церковнославянском помню со школы.

— Слово — больше лекарь или убийца?

— Одно и то же слово может быть лекарем или убийцей. Всё дело в том, как и для чего его употребить. И насколько это будет правильно. У меня есть своя мера правильности. Нравственная, если угодно.

— Я смотрела ваши ролики на «Ютубе», где вы читаете наизусть один за другим свои стихи. У вас прекрасная память!

Тренируете её как-то?

— Запоминаю удачные выражения, скороговорки, четверостишия или тексты песен. Чужие стихи запоминаю редко, но уж если запомнил — значит проникся. До сих пор не развиваю память на лица, а надо бы. Люди запоминаются трудно.

— Вообще, спорт — это ваше? Вы — за здоровый образ жизни?

— Для себя различаю спорт и физическую культуру. Спорт — это перегрузки, а физкультура — полезные нагрузки. Зарядка — хорошо, а поднимать железо и сидеть на белковой диете, чтобы потом поднять железо большего веса — не моё. Но для других людей спорт — то же, что для меня творчество. К вегетарианству равнодушен: мясо — вкусное.

— Как относитесь к алкоголю и курению?

— Скорее нейтрально. Курить начинал, но вскоре перестал. Даже хороший табак надоел. Выпить могу, но редко и ради вкуса. Это общее правило: то, что тебя убивает, должно быть хорошим, иначе зачем оно? Наркотики тоже пробовал в исследовательских целях. Когда решил, что знаю достаточно, перестал ими интересоваться.

— Чего стоят только все перечисленные вами автобиографические достижения!

Особенно мне хочется остановиться на:
• Сорок минут изображал неподвижный труп на холодном металлическом полу перед выступлением на перформансе «Домой!» (2017).
• На авторской поэтической программе «Счёты» (2018) отжёг так, что едва не сжёг Тюменский дом печати.
• Исполнил одну из главных ролей в фильме «Две тысячи вёрст до Иппокрены» (готовится к премьере).

Расскажите, пожалуйста, подробнее о каждом из этих трёх.

— «Домой!» — это поэтический перформанс о возвращении домой из небытия. Основная идея: сказать то, что было бы по-настоящему важно по возвращении. Тема оказалась интересной людям, мы собрали полный зал. Началось представление с того, что зрители входили в полутёмное помещение и видели поэтов, неподвижно лежащих в разных углах. Меня — у лестницы, моего коллегу — и вовсе в тележке из супермаркета. Каждый был обведён мелом, как на месте преступления. Далее каждый по очереди приходил в себя и начинал читать, а листы с его текстами отправлялись в шрёдер. Было много символичных находок.

Авторскую программу «Счёты» я делал на свой день рождения, читал стихи и прозу. Афиша изображала число «29», набранное на счётах. Столько мне исполнилось. На сцену я вышел в чёрном балахоне, неся в руках медный таз с горящей толстой свечой. Прочтя текст, я сминал лист, поджигал от свечи и бросал в таз. Этакое жертвоприношение родовой стихии.

На учениях всё прошло гладко, а на выступлении один комочек бумаги упал близко к свече. Она стала гореть и плавиться сбоку, а чем больше испаряется парафин, тем сильнее огонь и жар. Я продолжал шоу, будто так задумано, но когда начал заниматься стол под тазом, пришлось объявить антракт и спешно потушить этот парафиновый реактор. Зал заволокло дымом, потому что вентиляция... Что такое вентиляция?

Сначала я расстроился, но во второй части программы зрители меня поздравили и подарили много симпатичных подарков. Спасибо всем, кто был со мной в этот жаркий вечер! Печальную участь одного пермского клуба мы не повторили, но это урок на будущее: меры безопасности должны предусматривать худший сценарий, даже если он маловероятен. Кстати, помещение, в котором прошли «Счёты», потом всё равно закрылось на ремонт. Можно было и не переживать.

«Две тысячи вёрст до Иппокрены» — игровой инди-фильм тюменского режиссёра Маргариты Чекуновой о людях, которые начинали литературу в Сибири. Пушкин ещё не родился, но был молодой офицер Панкратий Сумароков, сосланный в Тобольск из столицы, который на свой страх и риск решил издать первый за Уралом литературный журнал. Название громоздкое, в духе времени: «Две тысячи вёрст до Иппокрены». Что получилось, и получилось ли — об этом расскажет фильм.

Мне довелось сыграть одну из главных ролей — Критика. Личность инфернальную, этакого Воланда от мира литературы. Он невысоко оценивал старания тобольских литераторов и говорил им то, чего, должно быть, они сами боятся в себе. Можно сказать, я в этом фильме сыграл себя. На «Поэмбуке» некоторые имели возможность убедиться, хе-хе.

Фильм сейчас находится на стадии постпроизводства — как говорится, виден берег.

— Вы прерывались на поездки. Как прошли ваши встречи? Успешно?

— Поездкой очень доволен — несмотря на то, что в Перми вовсе не спал, выступил на главном осеннем событии фестиваля «Компрос» — поэтическом проекте «Бьярмия». Судя по реакции зрителей — добился, чего хотел. Затем в составе судейской коллегии оценивал батл городов: команды поэтов из Екатеринбурга, Перми, Челябинска и Ижевска соревновались за звание поэтической столицы Урала. В жюри для большей непредвзятости были представители тех городов, которые не участвуют в битве. Справедливую победу одержал Ижевск. В индивидуальном зачёте фаворитом стал Андрей Чукашин из Челябинска. В его выступлении была магия, мне это близко.

— Браво! Вы очень честный человек! Беседа с вами дорогого стоит...

— Спасибо.

— Как считаете, достаточно ли я вас раскрыла? Комфортно ли вам было?

Есть ли такие вопросы, которые хотели бы непременно донести до поэмбуковской аудитории, а я их так и не задала?

— Мне всё понравилось, благодарю вас. Думаю, если у читателей возникнут дополнительные вопросы, они смогут задать их в комментариях.

P.S. Друзья, мне очень понравилось общение с Владимиром — Талиессином! Это не человек, а кладезь знаний, умений и навыков! Где не копни — просто, сундук сокровищ! Я специально не цеплялась к его ответам, дабы дать возможность и вам узнать что-то новое и интересное об этом человеке в своих комментариях-вопросах.

Как обычно, в наших любительских интервью, автор самого интересного вопроса, по мнению Талиессина, добавит в свой виртуальный кошелёк 20 серебра.

А звезде с незабываемым именем Талиессин Ил-Лиорве хочется пожелать неиссякаемого света, радужных моментов, и ещё тысячи и тысячи звёздных счастливых лет жизни!

Источник

Поделиться
Отправить
Запинить
 29   16 дн   Интервью   Обо мне
Самое читаемое